Канадский пианист и композитор Стив Баракатт впервые выступил в столице Казахстана с концертом, который прошел 8 марта на сцене «Астана Опера». В интервью DimashNews маэстро поделился своими впечатлениями о Казахстане и рассказал о значении музыкального диалога между Востоком и Западом.

— Господин Баракатт, мы рады приветствовать Вас в Казахстане! Благодарим за визит в нашу столицу и за Ваше великолепное выступление в «Астана Опера». Надеемся, что время, проведённое здесь, оставило у Вас приятные впечатления.

— Благодарю за тёплый приём. Мое пребывание в Казахстане стало для меня по-настоящему особенным. Для меня было огромной честью представить этот знаковый концерт 8 марта. Энергия, страсть и мастерство, которые я испытал в тот вечер, останутся в моей памяти навсегда.

— Редакция DimashNews освещает творчество Народного артиста Казахстана Димаша Кудайбергена, однако, мы очень живо интересуемся различными культурными событиями страны и мира. Ваша история немного напоминает творческий путь Димаша – полный цикл музыкального образования с самого маленького возраста, большой интерес к музыке разных стран, участие в международных проектах.

Могли бы Вы рассказать о своем музыкальном образовании? Какие жанры оказали на Вас наибольшее влияние, и какие из них являются Вашими любимыми?

— Я родился в Канаде, в городе Квебек, который по праву называют колыбелью французской культуры в Северной Америке. Моя семья объединяет разные культурные корни: отец происходил из семьи Баракаттов ливанского происхождения, а мать — из семьи Дюран с французскими корнями. Понятно, что в такой среде музыка играла важную роль. Со стороны отца практически все были музыкантами или глубоко любили музыку, поэтому она естественным образом стала для нас способом переживать разные моменты жизни.

Я начал обучаться классической музыке в возрасте четырех лет, но, несмотря на раннее начало, мои выходные неизменно проходили в кругу семьи, где мы исполняли музыку в доме бабушки и дедушки — зачастую под аккомпанемент ароматов и вкусов потрясающей ливанской кухни.

По мере того как мое классическое образование продвигалось, рос и мой интерес к другим стилям — джазу, поп-музыке. Мне посчастливилось учиться у выдающихся педагогов и с юных лет сотрудничать с талантливыми музыкантами, получая от них бесценный опыт.

В 15 лет я начал сочинять музыку, и именно в это время мир музыки переживал технологический прорыв с появлением системы MIDI. Меня заворожила эта инновация, и вскоре я начал интегрировать технологии в свой творческий процесс. Уже в 17 лет я стал музыкальным программистом в японской компании Roland, что открыло для меня новые горизонты и расширило возможности самовыражения.

В итоге мое музыкальное образование стало гармоничным сочетанием академического обучения, обмена опытом с коллегами и освоения технологий как неотъемлемой части творческого процесса.

А еще, выросший в месте, где творили невероятно талантливые артисты — такие как Селин Дион (я встретил ее впервые, когда мне было 14 лет), Cirque du Soleil и Люк Пламондон, гениальный автор Notre-Dame de Paris, — я всегда находил вдохновение вокруг себя.

— Вы много лет в музыке. Если перенестись по жизненной ленте назад, что изменилось в Вашем восприятии, Ваши вкусы, музыкальные течения. Что влияет на Ваше вдохновение, чем Вы впечатляетесь?

— Когда я размышляю о своем пути, я испытываю глубокую благодарность за возможность расти в среде, где переплетаются восточная и западная культуры — не только в музыкальном, но и в философском смысле. Это уникальное сочетание сформировало мое мировоззрение и обогатило мое творчество.

В 22 года я стал продюсером японской компании JVC-Victor Entertainment. Погружение в японскую культуру и философию стало для меня переломным моментом. Оно открыло передо мной новые горизонты, позволив осознать, что существует бесконечное множество подходов к творчеству, жизни и взаимоотношениям. Этот ценный опыт продолжает вдохновлять меня на протяжении всей моей карьеры.

Ливанские корни сыграли важную роль в формировании моего мировоззрения и способности находить общий язык с людьми разных культур. Ливан — это удивительное сочетание восточных и западных традиций, и, впитав эту многогранность с детства, я приобрел естественную гибкость, которая помогала мне в международных творческих проектах.

На протяжении последних 30 лет мне посчастливилось работать с выдающимися музыкантами со всего мира, но мое стремление к новым музыкальным открытиям остается неизменным. Одна из моих главных творческих целей — объединение глубины европейского симфонического оркестра с самобытным звучанием традиционных инструментов разных народов. Я верю, что такая гармония создает универсальный язык, способный проникать в самое сердце, минуя границы и различия.

— Это было Ваше первое выступление в Казахстане. В каких странах прошел Ваш мировой тур, и что привело Вас в нашу страну?

— Тур Néoréalité я представил во многих странах, и каждое выступление стало важной главой моего музыкального пути. От легендарного Карнеги-холла в Нью-Йорке до живописного Средиземноморья в Барселоне, престижного Шанхайского симфонического зала, величественного Афинейума в Румынии и потрясающего Центра Гейдара Алиева в Баку — этот тур привел меня в одни из самых замечательных мест мира.

Возможность привезти Néoréalité в Казахстан возникла благодаря вдохновляющей встрече с выдающимся казахстанским предпринимателем Асаром Кадиром. Мы впервые встретились в Мумбаи на крупной музыкальной конференции. В разговоре Асар с огромной страстью рассказывал о культуре, истории и художественном наследии Казахстана, что глубоко меня заинтриговало.

Так началось наше сотрудничество, и благодаря его самоотверженной работе, а также содействию Astana Opera и Посольства Казахстана в Канаде, этот концерт воплотился в жизнь.

— Концерт в рамках Вашего мирового тура называется «Neo-Reality». Какая концепция заложена в программу с таким интересным названием?

— Néoréalité — это своего рода универсальный поиск смысла в мире, который порой кажется непредсказуемым и сложным. Это приглашение остановиться, задуматься и установить связь с чем-то более глубоким — как внутри себя, так и с окружающим миром.

— В Astana Opera Вы выступили вместе с сотней музыкантов, вокалистов и артистов балета. Как сложилось это сотрудничество?

— Это был замечательный творческий процесс. Мы тщательно продумали программу, объединившую сольные фортепианные пьесы, симфонические произведения, балетную постановку Айдан Калжан и трогательный финал с участием детского хора, исполнившего Lullaby, гимн ЮНИСЕФ.

Репетиции прошли под блестящим руководством Элмара Бурибаева. Все музыканты продемонстрировали невероятное мастерство и преданность делу, и я надеюсь, что мы еще раз сможем поработать вместе.

— Во время Вашего визита обсуждались ли возможные сотрудничества с казахстанскими музыкантами в будущем?

— Да, у меня состоялось множество вдохновляющих встреч, в ходе которых возникла идея международного музыкального проекта, отражающего богатую культуру и традиции Казахстана.

И, конечно, сотрудничество с национальным достоянием Казахстана — Димашем Кудайбергеном — стало бы воплощением мечты  Объединяя Восток и Запад, оно нашло бы отклик у слушателей по всему миру.